Курица Коко жила недавно в этом лесу. Она перебралась сюда с цыплятами, как раз в то время, когда медведь Дёма уходил из леса по семейным обстоятельствам. Он великодушно предложил Коко располагаться в своём доме.
- А если вы вернётесь, - спросила курица у Дёмы, - куда мы денемся?
- Не беспокойтесь, уважаемая Коко, - сказал Дёма, - даже и в этом случае места на всех хватит.
Действительно, дом был очень добротный и просторный. В нём могла жить большая медвежья семья. Однако жил один Дёма. Он был добрым, но скрытным медведем, и никогда не рассказывал о себе. Его никто и не расспрашивал, потому что зачем заглядывать в чужую душу, если тебя об этом не просят? По скрытности своей Дёма, наверное, и построил дом на опушке леса - через двадцать восемь сосновых деревьев, три ручейка и семь берёз, если считать от главной лесной полянки по левому краю большой дороги. А там уж дом сразу бросался в глаза.
В это утро цыплята, как всегда в хорошую погоду, играли на лужайке возле дома. Коко неподалёку развешивая бельё. На курице поверх зеленого платья в жёлтый цветочек был короткий белый фартук. Она накрахмалила и отгладила его до такой степени, что он со всех сторон стоял дыбом и походил скорее на пачку балерины, чем на фартук.
Однако курица решила его не снимать, но в следующий раз не крахмалить. Конечно, это мелочь, но настроение было испорчено с самого утра.
Ворону Коко заметила издалека.
- Привет, - поздоровалась Ворона, перелетая через забор.
- Рада видеть, сейчас самовар поставлю,– засуетилась Коко
- Некогда, уважаемая соседка - дела не ждут, - отказалась Ворона.
- Какие дела, позвольте поинтересоваться?
- Ну… разные…
Ворона замялась, вспомнив данное Бублибунчику обещание не пугать курицу сразу.
Коко же, не замечая вороньего замешательства, продолжала уговаривать её не торопиться:
- Все дела могут подождать, если это не потоп и не землетрясение. Так что, входи-те, пожалуйста, в дом, или, если хотите, я в саду стол накрою?
- Ничего я не хочу, - сказала Ворона и уселась на траву под орехом. - - Так ставить самовар или нет? - переспросила курица.
- Нет, Коко, ты погоди, - Ворона перешла с Коко на «ты», потому что так для неё было проще общаться. - Я пришла только за тем, чтобы пригласить тебя на всеобщий лесной сбор. Вон, уже солнце скоро на закат пойдет. А нам еще идти и идти…
- А что? Случилось что-нибудь? - Забеспокоилась Коко. - А как с цыплятами быть? Да и вечер скоро. Нельзя ли до завтра отложить этот сбор? Или хотя бы рассказажи, что стряслось?
- Нет, нельзя, - отрезала Ворона.
- Ну, тогда и завтра я никуда не пойду. И разговаривать с тобой не буду. Вот! Так и знай!
Ворона медленно поднялась с травы, оправила сарафан, стряхнула прилипшие травинки и подбоченилась:
- Ну, что ж, сама напросилась! Так слушай… Ты даже не можешь себе предста-вить, что творится в нашем лесу! Загадочные дела, я тебе доложу. Во-первых…,
И… её понесло… Она забыла, что обещала Бублибунчику лишь слегка намекнуть - куда там! Ворона говорила и говорила без передышки минут десять, а может быть и больше – никто не считал.
- Уф! – выдохнула Ворона, - кажется, ничего не забыла. Всё!
Стало тихо-тихо. Даже цыплята перестали играть, и испуганно смотрели на Ворону. Вдруг, за дорогой, в лесу, послышался заунывный вой, что-то зашелестело, и хрустнули ветки. Цыплята Нун и Лул понеслись к дому, Ворона с Коко последовали их примеру, ватагой влетели в дом, захлопнули за собой дверь, заперли её на засов и замерли от страха. Первой пришла в себя Ворона:
- Только не волнуйтесь! Всё будет хорошо! Обязательно будет… только когда - не знаю…
Коко обречённо махнула рукой и пошла в комнату. Остальные последовали за ней.
- Хорошо, что дом крепкий и надёжный и, если не выходить, то можно вообще ничего не бояться, - сказала Ворона.
Наступило тягостное молчание. Страшные звуки не повторялись.
Наконец, Коко спрыгнула со стула и стала бегать по комнате взад и вперед, заламы-вая крылья и дергая себя за перышки на хохолке:
- Надо что-то делать, надо что-то делать!
У Вороны, следившей за тем, как бегает Коко, закружилась голова:
- Ну, хватит! Мотаешься по комнате, как осой ужаленная! Сядь и успокойся. У меня в голове даже землетрясение произошло от твоей беготни. Смотри, и цыплята смеются.
Цыплята, действительно, засмеялись, представив, как матушка убегает от осы, а у тетушки Вороны земля в голове трясется.
- Ах вы, проказники! Над матерью смеётесь! Да и ты, Ворона, хороша… сравне-ние какое придумала… Надо же… осой ужаленная… - при этих словах Коко не вы-держала и расхохоталась громче всех.
- Ну, а теперь бы и чаю не мешало с чем-нибудь существенным, потому что страх - страхом, а силы поддерживать надо, - предложила Ворона свой вариант дальнейших действий.
Коко поспешила на кухню.
Нун и Лул побежали ей помогать. И в скором времени на столе уже дымилась аппетитная каша и огуречный салат с укропом и чесноком. Завершал картину накрытого стола каравай румяного душистого хлеба.
- Хлеб-то, чай, Бублибунчик пёк? - со знанием дела спросила Ворона.
Коко уже нарезала хлеб большими ломтями:
- Он самый. Вчера с Лапатапиком прислал целых три каравая.
Как раз вовремя прислал, на случай продолжительной осады, подумала про себя Ворона.
Она подвинула стул поближе к чугунку, уселась поудобнее и протянула курице свою тарелку:
- Ты мне много не клади, так… полтарелочки, что-то аппетита нет.
Однако две добавки умяла, а третью осилить уже не смогла - надо было передох-нуть и расслабиться.
Ворона откинулась на спинку стула, глубоко вздохнула, вытерла клюв салфеткой, по-смотрела на свой вздувшийся живот и, наконец, заговорила:
- Страшно - не страшно, а кушать всегда хочется. Когда я ем, у меня нервы сами по себе успокаиваются. И ещё думается лучше. Вот я и надумала вас с собой не брать. Вы тут закройтесь и никому не открывайте. А мы на совете решим, кого послать вам на помощь.
- А как я узнаю, что вы уже кого-то прислали и можно открыть, я же его не увижу? – поинтересовалась Коко.
- У вас будет пароль, - ответила Ворона.
- Что у нас будет? – переспросила Коко.
- Пароль. Ну… - это такие слова секретные. Их будешь знать ты и тот, кого мы к тебе пришлём. Один, например, спросит: - «Вы за виноградом пришли?». А другой ответит: «Нет, за яблоками». Это же так просто.
- Значит, если ко мне в дверь постучат, я должна сказать «Вы за виноградом при-шли…» А вдруг я забуду, что тогда? – засомневалась Коко. – Ты же знаешь, что мозги у меня куриные.
Ворона для наглядности стала размахивать правым крылом, изображая стук в дверь и повторять курице придуманный пароль:
- К тебе постучат. «Тук-тук-тук». И ты спросишь: «Вы за виноградом»? А тебе от-ветят: «Нет, за яблоками». Только после этого - можно открыть.
- Ну, и какой в этом смысл? - спросила курица.
- Ну что тут непонятного? - Ворона начала надвигаться на Коко с воинственным видом. - Ведь это стр-р-рашное существо, не будет знать секр-р-р-етного пар-р-р-оля и, если постучит, ты ему не откр-р-р-оешь. Теперь всё понятно? - Ворона стала заикаться на букве «р», отчего речь её стала напоминать настоящее воронье карканье: такое, знаете, - «Каррр – Каррр».
Курице состояние Вороны не понравилась. «Ишь ты, какая нервная! - подумала она про себя, - ещё пришибёт сгоряча, и никакой такой пароль не понадобится». Поэтому она сказала ласково и миролюбиво:
- Понятно-то - понятно, но зачем я буду говорить: «вы за виноградом пришли?» Я, как ни как, у себя дома: меня проверять не надо.
Правильный и логичный вопрос курицы подействовал на Ворону успокаивающе:
- Ну… в данном случае ты права. Я не спорю. Можешь просто спросить - «Кто там?», а в ответ услышишь - «За яблоками». Тогда и открывай. Только это полпаро-ля, не по правилам.
Всё время, пока решался вопрос пароля, Нун и Лул сидели на подоконнике и смот-рел, как солнце медленно уходит за горизонт. Они подошли к Вороне и дёрнули её за подол сарафана:
- Тётушка Ворона! А, тётушка Ворона! Может быть, вы с нами останетесь? Скоро совсем стемнеет.
- Как стемнеет? Зачем стемнеет? – подскочила Ворона. – Надо возвращаться не-медленно! Что там у Хрюни делается?
Последние слова Ворона договаривала уже на лету, и её никто не слышал.
Неправда! Её слышал ветер, что гулял в вышине, и разносил по небу её тревожный вопрос: «Что там у Хрюни-и-и?». Ветер решил не спускаться в лес несколько дней, а покружить высоко над лесом, чтобы прогнать тяжёлые ливневые тучи, летящие с за-пада.
- Ещё не время грозе и молнии бушевать в лесу и пугать зверей. Они и так напуганы. Пусть сначала звери разгадают тайну незнакомца, - шептал он тучам, надувая щёки и гоня их прочь.
Ветер очень любил этот сказочный лес.
- А если вы вернётесь, - спросила курица у Дёмы, - куда мы денемся?
- Не беспокойтесь, уважаемая Коко, - сказал Дёма, - даже и в этом случае места на всех хватит.
Действительно, дом был очень добротный и просторный. В нём могла жить большая медвежья семья. Однако жил один Дёма. Он был добрым, но скрытным медведем, и никогда не рассказывал о себе. Его никто и не расспрашивал, потому что зачем заглядывать в чужую душу, если тебя об этом не просят? По скрытности своей Дёма, наверное, и построил дом на опушке леса - через двадцать восемь сосновых деревьев, три ручейка и семь берёз, если считать от главной лесной полянки по левому краю большой дороги. А там уж дом сразу бросался в глаза.
В это утро цыплята, как всегда в хорошую погоду, играли на лужайке возле дома. Коко неподалёку развешивая бельё. На курице поверх зеленого платья в жёлтый цветочек был короткий белый фартук. Она накрахмалила и отгладила его до такой степени, что он со всех сторон стоял дыбом и походил скорее на пачку балерины, чем на фартук.
Однако курица решила его не снимать, но в следующий раз не крахмалить. Конечно, это мелочь, но настроение было испорчено с самого утра.
Ворону Коко заметила издалека.
- Привет, - поздоровалась Ворона, перелетая через забор.
- Рада видеть, сейчас самовар поставлю,– засуетилась Коко
- Некогда, уважаемая соседка - дела не ждут, - отказалась Ворона.
- Какие дела, позвольте поинтересоваться?
- Ну… разные…
Ворона замялась, вспомнив данное Бублибунчику обещание не пугать курицу сразу.
Коко же, не замечая вороньего замешательства, продолжала уговаривать её не торопиться:
- Все дела могут подождать, если это не потоп и не землетрясение. Так что, входи-те, пожалуйста, в дом, или, если хотите, я в саду стол накрою?
- Ничего я не хочу, - сказала Ворона и уселась на траву под орехом. - - Так ставить самовар или нет? - переспросила курица.
- Нет, Коко, ты погоди, - Ворона перешла с Коко на «ты», потому что так для неё было проще общаться. - Я пришла только за тем, чтобы пригласить тебя на всеобщий лесной сбор. Вон, уже солнце скоро на закат пойдет. А нам еще идти и идти…
- А что? Случилось что-нибудь? - Забеспокоилась Коко. - А как с цыплятами быть? Да и вечер скоро. Нельзя ли до завтра отложить этот сбор? Или хотя бы рассказажи, что стряслось?
- Нет, нельзя, - отрезала Ворона.
- Ну, тогда и завтра я никуда не пойду. И разговаривать с тобой не буду. Вот! Так и знай!
Ворона медленно поднялась с травы, оправила сарафан, стряхнула прилипшие травинки и подбоченилась:
- Ну, что ж, сама напросилась! Так слушай… Ты даже не можешь себе предста-вить, что творится в нашем лесу! Загадочные дела, я тебе доложу. Во-первых…,
И… её понесло… Она забыла, что обещала Бублибунчику лишь слегка намекнуть - куда там! Ворона говорила и говорила без передышки минут десять, а может быть и больше – никто не считал.
- Уф! – выдохнула Ворона, - кажется, ничего не забыла. Всё!
Стало тихо-тихо. Даже цыплята перестали играть, и испуганно смотрели на Ворону. Вдруг, за дорогой, в лесу, послышался заунывный вой, что-то зашелестело, и хрустнули ветки. Цыплята Нун и Лул понеслись к дому, Ворона с Коко последовали их примеру, ватагой влетели в дом, захлопнули за собой дверь, заперли её на засов и замерли от страха. Первой пришла в себя Ворона:
- Только не волнуйтесь! Всё будет хорошо! Обязательно будет… только когда - не знаю…
Коко обречённо махнула рукой и пошла в комнату. Остальные последовали за ней.
- Хорошо, что дом крепкий и надёжный и, если не выходить, то можно вообще ничего не бояться, - сказала Ворона.
Наступило тягостное молчание. Страшные звуки не повторялись.
Наконец, Коко спрыгнула со стула и стала бегать по комнате взад и вперед, заламы-вая крылья и дергая себя за перышки на хохолке:
- Надо что-то делать, надо что-то делать!
У Вороны, следившей за тем, как бегает Коко, закружилась голова:
- Ну, хватит! Мотаешься по комнате, как осой ужаленная! Сядь и успокойся. У меня в голове даже землетрясение произошло от твоей беготни. Смотри, и цыплята смеются.
Цыплята, действительно, засмеялись, представив, как матушка убегает от осы, а у тетушки Вороны земля в голове трясется.
- Ах вы, проказники! Над матерью смеётесь! Да и ты, Ворона, хороша… сравне-ние какое придумала… Надо же… осой ужаленная… - при этих словах Коко не вы-держала и расхохоталась громче всех.
- Ну, а теперь бы и чаю не мешало с чем-нибудь существенным, потому что страх - страхом, а силы поддерживать надо, - предложила Ворона свой вариант дальнейших действий.
Коко поспешила на кухню.
Нун и Лул побежали ей помогать. И в скором времени на столе уже дымилась аппетитная каша и огуречный салат с укропом и чесноком. Завершал картину накрытого стола каравай румяного душистого хлеба.
- Хлеб-то, чай, Бублибунчик пёк? - со знанием дела спросила Ворона.
Коко уже нарезала хлеб большими ломтями:
- Он самый. Вчера с Лапатапиком прислал целых три каравая.
Как раз вовремя прислал, на случай продолжительной осады, подумала про себя Ворона.
Она подвинула стул поближе к чугунку, уселась поудобнее и протянула курице свою тарелку:
- Ты мне много не клади, так… полтарелочки, что-то аппетита нет.
Однако две добавки умяла, а третью осилить уже не смогла - надо было передох-нуть и расслабиться.
Ворона откинулась на спинку стула, глубоко вздохнула, вытерла клюв салфеткой, по-смотрела на свой вздувшийся живот и, наконец, заговорила:
- Страшно - не страшно, а кушать всегда хочется. Когда я ем, у меня нервы сами по себе успокаиваются. И ещё думается лучше. Вот я и надумала вас с собой не брать. Вы тут закройтесь и никому не открывайте. А мы на совете решим, кого послать вам на помощь.
- А как я узнаю, что вы уже кого-то прислали и можно открыть, я же его не увижу? – поинтересовалась Коко.
- У вас будет пароль, - ответила Ворона.
- Что у нас будет? – переспросила Коко.
- Пароль. Ну… - это такие слова секретные. Их будешь знать ты и тот, кого мы к тебе пришлём. Один, например, спросит: - «Вы за виноградом пришли?». А другой ответит: «Нет, за яблоками». Это же так просто.
- Значит, если ко мне в дверь постучат, я должна сказать «Вы за виноградом при-шли…» А вдруг я забуду, что тогда? – засомневалась Коко. – Ты же знаешь, что мозги у меня куриные.
Ворона для наглядности стала размахивать правым крылом, изображая стук в дверь и повторять курице придуманный пароль:
- К тебе постучат. «Тук-тук-тук». И ты спросишь: «Вы за виноградом»? А тебе от-ветят: «Нет, за яблоками». Только после этого - можно открыть.
- Ну, и какой в этом смысл? - спросила курица.
- Ну что тут непонятного? - Ворона начала надвигаться на Коко с воинственным видом. - Ведь это стр-р-рашное существо, не будет знать секр-р-р-етного пар-р-р-оля и, если постучит, ты ему не откр-р-р-оешь. Теперь всё понятно? - Ворона стала заикаться на букве «р», отчего речь её стала напоминать настоящее воронье карканье: такое, знаете, - «Каррр – Каррр».
Курице состояние Вороны не понравилась. «Ишь ты, какая нервная! - подумала она про себя, - ещё пришибёт сгоряча, и никакой такой пароль не понадобится». Поэтому она сказала ласково и миролюбиво:
- Понятно-то - понятно, но зачем я буду говорить: «вы за виноградом пришли?» Я, как ни как, у себя дома: меня проверять не надо.
Правильный и логичный вопрос курицы подействовал на Ворону успокаивающе:
- Ну… в данном случае ты права. Я не спорю. Можешь просто спросить - «Кто там?», а в ответ услышишь - «За яблоками». Тогда и открывай. Только это полпаро-ля, не по правилам.
Всё время, пока решался вопрос пароля, Нун и Лул сидели на подоконнике и смот-рел, как солнце медленно уходит за горизонт. Они подошли к Вороне и дёрнули её за подол сарафана:
- Тётушка Ворона! А, тётушка Ворона! Может быть, вы с нами останетесь? Скоро совсем стемнеет.
- Как стемнеет? Зачем стемнеет? – подскочила Ворона. – Надо возвращаться не-медленно! Что там у Хрюни делается?
Последние слова Ворона договаривала уже на лету, и её никто не слышал.
Неправда! Её слышал ветер, что гулял в вышине, и разносил по небу её тревожный вопрос: «Что там у Хрюни-и-и?». Ветер решил не спускаться в лес несколько дней, а покружить высоко над лесом, чтобы прогнать тяжёлые ливневые тучи, летящие с за-пада.
- Ещё не время грозе и молнии бушевать в лесу и пугать зверей. Они и так напуганы. Пусть сначала звери разгадают тайну незнакомца, - шептал он тучам, надувая щёки и гоня их прочь.
Ветер очень любил этот сказочный лес.
Комментариев нет:
Отправить комментарий